Материалы » Анализ судебной реформы Столыпина » Обсуждение законопроекта о преобразовании местного суда в III Государственной Думе

Обсуждение законопроекта о преобразовании местного суда в III Государственной Думе
Страница 20

Наконец, трудовики выступали (что также было оформлено предложением Думе соответствующей формулы перехода к очередным делам) ярыми и бескомпромиссными сторонниками не единоличного, а коллегиального суда. Они настаивали на том, чтобы в процессе вместе с мировым (или гминным) судьёй, обладавшим образовательным цензом, на равных правах участвовали два грамотных заседателя без образовательного ценза. В числе заседателей, в первую очередь, они хотели видеть, конечно же, представителей крестьянства. Даже говоря о всесторонне критикуемом ими волостном суде, лидеры трудовиков утверждали, что отрадной чертой в нём является «самодеятельность местного населения в отправлении правосудия», и что именно поэтому волостной суд «плох, но лучше, чем законопроект комиссии» [2, ст. 1470]. Причин поддержки трудовиками коллегиального характера мирового суда было две. С одной стороны, ораторы трудовиков выражали недоверие к «некрестьянским» слоям населения вообще. Их речи были переполнены аргументами о «доступности» и крестьянском характере такого суда. В ход пошли утверждения о наличии у крестьянского населения особой «народной совести» и «народного правосознания», проводниками которых и должны были стать заседатели из крестьян, необходимость знакомства судей с местными условиями и местной крестьянской психологией, которое обеспечат крестьянские члены суда. За ними скрывалось определённое недоверие традиционалистского крестьянства к чуждым им социальным элементам, проникающим деревню, и, конечно же, бюрократии, олицетворяющей враждебное государство. «Нам (т.е. крестьянству – курсив мой Ю.Ш.) больше нянек не нужно, мы им не верим», – так образно выразил эту мысль депутат Г.Е. Рожков [2, ст. 1470]. Недоверие к «интеллигентскому» суду, таким образом, выражало стремление традиционалистского сельского населения обеспечить некоторую корпоративную автономию. Причём в своих речах трудовики обращались и к крестьянским собственникам земли, вышедшим из общины благодаря столыпинской реформе, убеждая и их, что суд без представителей крестьянства «новых нужд ваших хуторских, совсем не будет знать» [2, ст. 1471]. Оправдывалось это, в частности, и тем, что, как и крестьянские депутаты, не входящие во фракцию трудовиков и даже крайне-правые, трудовики настаивали на том, что крестьяне привыкли руководствоваться нормами обычного права, не «приучены» к необходимости «формального предоставления доказательств», а потому в суде для крестьянина нужен «свой человек». Однако в отличие от них трудовики выступали с позиции необходимости постепенного, эволюционного укрепления роли права в жизни крестьянства и в деятельности местного суда путём оформления обычая приговорами волостных сходов и придания им, таким образом, статуса закона. А.И. Кропотов даже предложил формулу перехода к очередным делам, в которой от имени трудовиков внёс дополнение в законопроект, согласно которому «заседатели должны указывать на обычаи и они должны записываться в закон». Таким образом, с точки зрения трудовицких депутатов, необходимо было уравновесить модернизационные элементы суда (в необходимости наличия которых, прежде всего соблюдения в суде закона и в связи с этим присутствия квалифицированных юридических кадров, они, как сказано выше, в принципе не сомневались) контролем над ними со стороны крестьянства. Этот контроль должен был также обеспечить постепенное слияние в практике местного суда норм обычного и позитивного права.

С другой стороны, трудовики выступая сторонниками классового характера государства, просто не верили в возможность появления в России легальным, парламентским путём даже единоличного бесцензового суда, в который допустят крестьянство. Петров 3-й утверждал, что поскольку Дума «не внимает голосу широких народных масс, а ведёт свою и своих единомышленников и буржуев и бюрократов политику», население просто «не верит в способность Государственной думы улучшить жизнь» [2, ст. 1467]. С одной стороны, в этом можно увидеть констатацию невозможности крестьянских представителей воздействовать на законотворческую деятельность в силу действительно чрезвычайно реакционного избирательного закона и механизма государственной власти. Но, с другой – в этом проявилась некоторая недооценка значения политической, парламентской борьбы вообще, характерная для представителей интересов «почвы», предпочтение ей непосредственной, прямой, «народной» демократии.

Страницы: 15 16 17 18 19 20 21 22


Управление в условиях иностранной интервенции и гражданской войны в России в начале XVII века
Смутное время (1598-1613) в истории Отечества характеризуется слабостью государственной власти и неподчинением окраин центру, самозванством, гражданской войной и интервенцией, "великой разрухой Московского государства". ПРИЧИНЫ: 1. Опричнина Ивана Грозного, показавшая обществу его бесправие перед произволом царской власти (п ...

Октябрьская революция и последующая реорганизация власти в России
Вечером 24 декабря в Петрограде под предлогом предотвращения нового военного мятежа большевики стали раздавать оружие рабочим. Дезориентация населения была обеспечена после захвата отрядами большевиков учреждений связи и транспортных узлов. Керенский попытался послать в столицу войска для наведения порядка, на армейские комитеты отказал ...

Советско-иранский договор 1921 г.
26 февраля 1921 г. в Москве был подписан советско-иранский договор. Он был проявлением ленинской политики равноправия и уважения независимости и суверенитета Ирана и помощи иранскому народу в освобождении от империалистической кабалы. Договор основан на дружественной, бескорыстной и великодушной в отношении Ирана политике Советской Росс ...