Общество, культура, религия в исторических построениях Б. Ф. ПоршневаСтраница 2
Поршнев рассматривает эту добродетель в качестве мощного инструмента, тормозящего экономическое сопротивление крестьянина: «Ясно, что это учение, будучи воспринято, должно было служить колоссальной помехой на пути укрепления крестьянского хозяйства и стремления крестьян к повышению уровня своей жизни. Более того, оно прямо требовало: “отдавай”,– а далее уже нетрудно было показать, что раз отдавать в конечном счете надо богу, то естественнее всего отдавать тем, кто представляет бога на земле – церкви и властям (ибо нет власти не от Бога)”[37] Однако главной проблемой для надстройки было открытое сопротивление. Поэтому, хотя принцип “жизни не для себя” и выдвигался христианством на передний план, главным было все же учение о грехе: “Задача религии была не столько в том, чтобы уговорить крестьянина отдавать свой труд и плоды своего труда земельному собственнику и повседневно отказывать себе в удовлетворении насущных потребностей, сколько в том, чтобы уговаривать его не сопротивляться: ведь само существование феодальной эксплуатации необходимо заставляло крестьянина отстаивать свое хозяйство, укреплять его, в этом смысле “жить для себя” и сопротивляться».[38]
И здесь все сводится, в конечном счете, к одному пункту – к греху неповиновения. Поршнев подчеркивает, что учение о грехе было могучим орудием борьбы не только с восстаниями, но и с низшими формами открытого крестьянского сопротивления – частичным сопротивлением, уходами. Учение о грехе не только обезоруживало крестьянство, но и вооружало его противников: «Поскольку восстание есть стихия сатаны – здесь не должно быть места пощаде; не только право, но долг христианина – разить мятежников мечом».[39]
Подводя итоги анализу ключевых идей, которые религия внушала трудящимся, Поршнев сопоставляет роль церкви и государства: «Сущностью религии было, как видим, то же, что было и сущностью государства – подавление угрозы восстаний угрозой наказаний… Но между ними была и глубокая разница. Государство располагало действительной огромной силой для осуществления своих угроз. Авторитет лишь подкреплял эту материальную силу. Напротив, церковь располагала неизмеримо меньшими материальными возможностями и в основном действовала идейным внушением. Почему же ей верили?».[40] Здесь ученый вновь обращается к анализу социально-психологической природы убеждения (проповеди) как формы контрконтрсуггестии - то есть, в общем-то, к тому механизму, которым палеоантропы первоначально принуждали к повиновению свою «кормовую базу».
Древнерусское государство в дохристианский период
Возникшая в Новгороде новая государственная организация развивалась территориально и системно в IX-XI веках. В 882 г. князь Олег подчинил южные земли, освободил их от хазарской дани, объединил восточнославянские племена в единое Древнерусское государство, перенес столицу в Киев. В правление Игоря обострились отношения между развивающейс ...
Семаргл
Семаргл – бог смерти. Семаргл, смрад, мерцание, Цербер, собака Смаргла, смерть - эти понятия в своей сути означают потустороннее божество - огненного волка или собаку. У древних славян это - огненный волк с крыльями сокола, очень распространенный образ. Русы видели Семаргла как крылатого волка, или волка с крыльями и головой сокола, а и ...
Россия во второй половине XIХ в.
Внутренняя политика. Предпосылки и подготовка к отмене крепостного права, Александр II. Борьба крепостников; либералов и революционеров-демократов вокруг реформы. "Положение 19 февраля 1861г.'1 Содержание и сущность реформы. Ее историческое значение. Установление естественно-политического строя в 60-е - 70-е г1, г. Земская, городск ...