FindHistory

Поршнев рассматривает эту добродетель в качестве мощного инструмента, тормозящего экономическое сопротивление крестьянина: «Ясно, что это учение, будучи воспринято, должно было служить колоссальной помехой на пути укрепления крестьянского хозяйства и стремления крестьян к повышению уровня своей жизни. Более того, оно прямо требовало: “отдавай”,– а далее уже нетрудно было показать, что раз отдавать в конечном счете надо богу, то естественнее всего отдавать тем, кто представляет бога на земле – церкви и властям (ибо нет власти не от Бога)”[37] Однако главной проблемой для надстройки было открытое сопротивление. Поэтому, хотя принцип “жизни не для себя” и выдвигался христианством на передний план, главным было все же учение о грехе: “Задача религии была не столько в том, чтобы уговорить крестьянина отдавать свой труд и плоды своего труда земельному собственнику и повседневно отказывать себе в удовлетворении насущных потребностей, сколько в том, чтобы уговаривать его не сопротивляться: ведь само существование феодальной эксплуатации необходимо заставляло крестьянина отстаивать свое хозяйство, укреплять его, в этом смысле “жить для себя” и сопротивляться».[38]

И здесь все сводится, в конечном счете, к одному пункту – к греху неповиновения. Поршнев подчеркивает, что учение о грехе было могучим орудием борьбы не только с восстаниями, но и с низшими формами открытого крестьянского сопротивления – частичным сопротивлением, уходами. Учение о грехе не только обезоруживало крестьянство, но и вооружало его противников: «Поскольку восстание есть стихия сатаны – здесь не должно быть места пощаде; не только право, но долг христианина – разить мятежников мечом».[39]

Подводя итоги анализу ключевых идей, которые религия внушала трудящимся, Поршнев сопоставляет роль церкви и государства: «Сущностью религии было, как видим, то же, что было и сущностью государства – подавление угрозы восстаний угрозой наказаний… Но между ними была и глубокая разница. Государство располагало действительной огромной силой для осуществления своих угроз. Авторитет лишь подкреплял эту материальную силу. Напротив, церковь располагала неизмеримо меньшими материальными возможностями и в основном действовала идейным внушением. Почему же ей верили?».[40] Здесь ученый вновь обращается к анализу социально-психологической природы убеждения (проповеди) как формы контрконтрсуггестии - то есть, в общем-то, к тому механизму, которым палеоантропы первоначально принуждали к повиновению свою «кормовую базу».

Национально - освободительная война на Украине.
К середине XVI в. сложились благоприятные возможности для воссоединения с Россией части белорусских и украинских земель, которые когда-то все вместе составляли единое государство Киевскую Русь. С ХIV в. Украина и Белоруссия входили в состав Великого княжества Литовского, которое по Люблинской унии 1569 г. объединилось с королевством Пол ...

Правление Ярослава Мудрого.
После смерти Владимира в 1015 г. началась усобица между сыновьями. Её начал старший в роду - приёмный сын Святополк /его отцом был Ярополок, а матерью - Рогнеда/, которого Владимир не любил. Убив братьев Бориса, Глеба и Святослава, Святополк утвердился в Киеве, получив прозвище "Окаянного". Следующий за ним по старшинству 28-л ...

Русские земли во второй половине ХIV-начале ХVв.
Воспользовавшись малолетством Дмитрия /1359-1389/, нижегородский князь Дмитрий Донской завладел ярлыком на великое княжение. Однако московские бояре, привыкшие быть боярами сильных князей, и митрополит Алексий, управлявший княжеством в годы малолетства Дмитрия, перекупили в Орде ярлык. С тех пор Москва не выпускала его из рук, несмотря ...