Царская власть в Древней Спарте
Страница 3

Все институты, перечисленные в Ретре, не являются изобретением Ликурга. Они существовали, без сомнения, и до него.

Первой серьезной модификации после Ликурга спартанская конституция подверглась, по-видимому, в 30—20 гг. VIII в. По свидетельству Плутарха, авторами поправки к Большой Ретре были спартанские цари Феопомп и Полидор. «Смысл подобной поправки заключался в том, что геронты и цари не должны были ратифицировать «кривое» решение народа, но закрыть заседание и распустить народ»[170].

Нововведение заключалось в лишении народа права па свободное и ничем не ограниченное обсуждение вносимых герусией предложений. Теперь только герусия была вправе решать, продолжать дискуссию в апелле или прекратить ее и распустить собрание. Суть этой поправки, таким образом, заключается в том, что герусия вместе с возглавлявшими ее царями вновь была поставлена над народным собранием, ибо она теперь обладала правом накладывать veto на любое неугодное ей решение апеллы. Именно такой взгляд на значение данной поправки является общепризнанным и редко оспаривается.

Особое значение имели отношения политиков с крупнейшим святилищем Эллады — оракулом Аполлона в Дельфах, центром традиционной мудрости, игравшим роль духовного лидера Эллады в архаическое и классическое время. Цари обращались за божественной санкцией в Дельфы[171]. Так что и здесь, как в случае с Ликургом, имеет место апелляция к Аполлону. Особый интерес вызывают взаимоотношения Дельф со спартанскими политическими лидерами «как из-за специфики политической жизни Лакедемона, так и потому, что именно Спарта из всех греческих полисов оказывается в античной традиции наиболее тесно связанной с Дельфами»[172]. Мы видим целый ряд спартанских правителей, которые зачастую весьма цинично пытались поставить авторитет святилища на службу своим интересам в политических интригах, не гнушаясь даже прямого подкупа. Данном проблеме О.В. Кулишова посвящает свою монографию, где приводит примеры влияния Дельф на законодательство крупнейших полисов Греции[173]. «Первым и, пожалуй, одним из самых примечательных среди правителей, связанных с данной тенденцией, был царь Клеомен I »[174]. В связи с этим укажем на особые связи Пифийского святилища Аполлона и спартанской басилейи, важнейшим аспектом которой был ее сакральный характер. Роль спартанских царей в отправлении культа была чрезвычайно значимой в контексте другой их важнейшей функции — военного командования. Война, являясь неотъемлемой частью политических и межгосударственных отношений полисного мира греков, была связана с традиционным комплексом религиозных представлений и сакральных действий, в ряду которых едва ли не первостепенная роль принадлелсала так называемой военной мантике, которая находилась преимущественно в ведении Аполлона и Дельф. «Само происхождение двойной царской власти, по легенде, вело свое начало из Дельф»[175]. Отметим также положение специальных посланников в Дельфы - пифиев (каждый из царей должен был избирать себе по два пифия), которые совместно с царями совершали трапезу и также совместно с ними выполняли обязанности по сохранению оракулов. Важная роль оракула проявляется и в любопытном обычае[176], который сохранялся в Спарте, по крайней мере, до III в. до н.э., когда эфоры каждые восемь лет в одну из ночей наблюдали, не появится ли знамение, свидетельствующее о том, что один из спартанских царей разгневал богов. Цари перед лицом местных богов были представителями всего государства; «благодаря им одним стала возможной связь нового порядка вещей с прошлым временем без нарушения священных преданий»[177]. Войско всегда сопровождалось целым стадом священных животных, предназначенных для гадательных жертвоприношений и готовых для использования на предмет определения воли богов в любое время: на границе государства, перед битвой.

Среди ученых также нет единства мнений о времени появления эфората в Спарте. В науке обсуждалось три возможных варианта возникновения эфората: до Ликурга, при Ликурге или после Ликурга. Так, не раз высказывалось мнение о том, что эфорат — древний дорийский институт, точно так же, как апелла, цари и совет старейшин, а Ликург не создал эфорат, а преобразовал, установив количество эфоров соответственно числу об, т. е. руководствуясь новым территориальным принципом. Н. Хаммонд считает, что Ликург все же создал эфорат: «Ликург также основал эфорат, состоящий из пяти эфоров, которые ежегодно избирались с одобрения народного собрания из числа «равных»[178]. Первоначально эфоры не обладали ведущим положением в государстве. Они всего лишь надзирали за работой социальной системы: инспектировали физическое состояние мальчиков, вершили суд в случаях неповиновения и возглавляли шествия на Гимнопедиях (национальном спортивно-музыкальном празднике).

Страницы: 1 2 3 4 5


Государственная служба в XVII веке
На материалах Посольского приказа – одного из важнейших в системе управления – можно восстановить иерархию служебных должностей на государственной службе в XVII веке. Думные чины: 1. Бояре – высший государственный чин, имел право голоса по всем вопросам государственного значения, мог быть послом, руководить войском, возглавлять боярск ...

Отмена крепостной зависимости.
19 февраля 1861 года царь Александр 2 подписал манифест об отмене крепостного права и «Положение» о новом устройстве крестьян. По «Положению 19 февраля» крестьяне объявлялись лично свободными. Помещики больше не могли их продавать, покупать, дарить, обменивать и закладывать. Крестьяне получили право владеть движимым и недвижимым имущес ...

Революционное движение в Гиляне. Образование Иранской коммунистической партии
Самое значительное национально-освободительное движение в Иране в 1920-1921 гг. развернулось в Гиляне. Непосредственным толчком для развития этого движения явилось восстановление 28 апреля 1920 г. Советской власти в Баку и изгнание английских интервентов и белогвардейцев из Баку и Энзели в мае 1920 г. Иранская коммунистическая партия бы ...