Вероисповедания

В Государственной Думе, 22-го мая 1909 года, П. А. Столыпин изложил взгляд Правительства на проект свободы вероисповеданий. Он напомнил, что Святейший Синод, вполне свободный при решении дел канонических, был всегда зависим от светской власти в вопросах, касавшихся отношения Церкви к Государству. Предоставление Церкви вершительства всех ее дел порвало бы вековую дружную ее связь с Государством, прекратило бы обоюдное доверие. Не следует поэтому порывать традиции. «Если совершенно бесспорно, — заявил Петр Аркадьевич, — что раз провозглашена свобода вероисповеданий, то отпадает надобность всякого разрешения гражданских властей на переход в другое вероисповедание, если совершенно бесспорно, что нашим законодательством не могут быть сохранены какие-нибудь кары за вероотступничество, то величайшему сомнению должно быть подвергнуто предложение комиссии, о необходимости провозглашения в законе свободы перехода из христианства в нехристианство». Думская комиссия находила, что исполнение христианских таинств и обрядов лицами, отрешившимися от христианства, было бы узаконенным кощунством, и что раз переход из христианства в нехристианство не наказуем, то неузаконение такого перехода было бы актом недостойного Государства лицемерия. По мнению же Петра Аркадьевича, думская комиссия впала сама с собой в противоречие. «Ведь, в действительности, господа, - сказал он, - гораздо больше лиц, которые себя признают совершенно неверующими, чем таких, которые решаются перейти в магометанство, буддизм или еврейство. И все соображения комиссии относительно лиц, перешедших в нехристианство, могут быть отнесены полностью к лицам, заявляющим себя неверующими. Ведь эти

лица точно так же кощунствуют, совершая таинство, ведь они точно так же должны были бы быть отлучены от Церкви. Между тем комиссия совершенно правильно говорит, что у нас невозможно признание принципа вневероисповедности. С одной стороны, комиссия идет гораздо дальше многих европейских законодательств, которые не знают открытого признанья перехода из христианства в нехристианство, с другой стороны, комиссия не следует до конца за западными образцами и не решается признать принцип вневероисповедного состояния. Однако торжество теории одинаково опасно и в том, и в другом случае: везде, господа, во всех государствах, принцип свободы совести делает уступки народному духу и народным традициям и проводится в жизнь, строго с ними сообразуясь . Вы видели,- заканчивает Петр Аркадьевич, - как истово молится наш русской народ, вы не могли не осязать атмосферы накопившегося молитвенного чувства, вы не могли не сознавать, что раздававшиеся в церкви слова - для этого молящегося люда - слова божественные. И народ, ищущий утешения в молитве, поймет, конечно, что за веру, за молитву каждого по своему обряду - закон не карает. Но этот же народ не уразумеет закона, закона чисто вывесочного характера, который провозгласит, что Православие, христианство уравнивается с язычеством, еврейством, магометанством . Наша задача не состоит в том, чтобы приспособить Православие к отвлеченной теории свободы совести, а в том, чтобы зажечь светоч вероисповедной свободы совести в пределах нашего Русского Православного Государства. Не отягчайте же наш законопроект чуждым, непонятным народу привеском. Помните, что вероисповедный закон будет действовать в Русском Государстве и что утверждать его будет Русской Царь, который для слишком ста миллионов людей был, есть и будет Царь Православный».


Варианты периодизации истории
Среди наиболее известных отечественных историков Новейшего времени Ф. Платонов (1860—1933), М.Н. Покровский (1868—1932), Е.В. Тарле (1876—1955), В.В. Струве (1889—1965), С.Д. Сказкин (1890—1973), Е.А. Косминский (1886—1959), М.В. Нечкина (1901—1985), И.Д. Ковальченко (1928—1995), А. Нарочницкий, М.Н. Тихомиров (1893—1965), С.В. Бахрушин ...

Усиление реакции
Одним из парадоксов внутренней политики Александра послевоенного времени стало то обстоятельство, что попытки обновления российского государства сопровождались установлением полицейского режима, позднее получившего название “аракчеевщины”. Ее символом стали военные поселения, в которых сам Александр, впрочем, видел один из способов осво ...

Османская империя в конце XVIII в. Зарождение «Восточного вопроса»
Россия не смогла в конце XVII в. обеспечить себе жизненно важное для нее право торгового судоходства по Черному морю. В свою очередь Турция не пожелала примириться с потерей Азова в 1696 г. Новый султан Ахмед III (1703—1730) в течение всего своего царствования был ревностным продолжателем активной военной политики. Прежде всего, он стре ...