Материалы » Карибский кризис » Реакция Н. Хрущева и руководства СССР на эскалацию Карибского кризиса

Реакция Н. Хрущева и руководства СССР на эскалацию Карибского кризиса
Страница 1

Несмотря на угрожающий тон заявлений советского правительства в отношении США в первые дни кризиса, многими советскими руководителями владели растерянность и страх надвигающейся войны. Прежде всего, это касалось Н.С. Хрущева, который нес большую долю ответственности за те решения, которые в конечном итоге привели к созданию жесточайшей кризисной ситуации, способной выйти из-под контроля и привести к обмену ядерными ударами между СССР и США[30]. В.Е. Семичастный утверждает, что, получив текст выступления Кеннеди по радио и телевидения, в котором американский президент обвинил Советский Союз в создании ракетной базы на Кубе, потребовал убрать ракеты и объявил «карантин», «Хрущев запаниковал.

Если раньше он в своих выступлениях грозился «похоронить капитализм», то на первом же экстренном заседании Президиума ЦК он с совершенно серьезным лицом трагически произнес: «Все. Дело Ленина проиграно!». Таким же образом оценивает настроения членов Президиума ЦК заместитель министра иностранных дел Г.М. Корниенко, полагавший, что с самого начала кризиса у советского руководства возник и с каждым часом нарастал страх перед возможным дальнейшим развитием событий[31].

Эти настроения передались и другим высшим партийным и государственным деятелям. Известно, например, что Л.И. Брежнев, который, как и другие члены Политбюро, ночевал в своем кремлевском кабинете и чуть ли не круглосуточно участвовал в проводимых растерявшимся Хрущевым совещаниях, «саму затею с размещением ракет не одобрял, хотя никаких возражений не высказывал. Перспектива обмена ядерными ударами с США бросала его (как, наверное, и Хрущева) в дрожь. Особенно когда наш посол прислал телеграмму, в которой говорилось, что Фидель призвал советское руководство ударить по Америке, выражая готовность кубинской стороны «стоять насмерть». Сходные эмоции испытывал и председатель КГБ, который после начала «публичной» стадии кризиса активно включился в работу по его урегулированию: «Мысль, что мы стоим на пороге войны, повергла всех в трепет». Семичастный, как, скорее всего, и другие члены советского руководства, действительно допускал возможность начала новой мировой войны: «У меня такое положение было, что я видел: все может быть. «Холодная война» иногда доходила до такой точки кипения, что страшно становилось»[32].

Растерянность советских лидеров объяснялась не только глубоким осознанием последствий возможной войны между СССР и США, но и тем, что плана действий в случае обнаружения американцами советских ракет на Кубе у них не было. Кроме того, заявление президента Кеннеди от 22 октября об установлении «карантина» Кубы явилось полной неожиданностью для членов

Президиума ЦК, поскольку незадолго до этого, 18 октября, состоялась встреча А.А. Громыко с президентом США. В ходе этой встречи Кеннеди не поднял вопрос о советских ракетах на Кубе (хотя проблема Кубы и обсуждалась).

На то, что советское руководство всерьез допускало возможность начала войны с США в том случае, если события выйдут из-под контроля, и США нанесут удар первыми, а также на то, что война эта будет носить не локальный, а глобальный характер, указывают доклады министра обороны Р.Я. Малиновского, в дни Карибского кризиса регулярно поступавшие в ЦК КПСС. В них анализируется положение на текущий момент не только в районе Карибского моря, но и в тех регионах, где, по мнению советского руководства, могут начаться военные действия – Западном Берлине, Западной Германии и ГДР, а также на Балтийском, Черном и Японском морях; оценивается состояние воинских соединений, группировок стратегической авиации и флотов не только США, но и других вероятных противников – Великобритании и Франции[33].

В то же время стенограммы заседаний Президиума ЦК КПСС периода Карибского кризиса свидетельствуют, что советское политическое руководство прилагало максимальные усилия к предотвращению эскалации конфликта и перерастания его в мировую войну. Так, 22 октября на заседании Президиума ЦК Хрущев заявил: «Мы не хотим развязывать войну. Мы хотели припугнуть, сдержать США в отношении Кубы». Было принято решение прекратить отправку вооружения и воинских соединений на Кубу, вернуть в СССР корабли, идущие на «остров Свободы» и находившиеся к тому моменту в Средиземном море, а в случае вторжения вооруженных сил США на остров «всеми силами на первых порах не применять атомное оружие»[34].

Известно, что мнения членов созданного в связи с кризисом «Исполнительного комитета Национального совета безопасности» США о том, как правительству Соединенных Штатов следует реагировать на появление на Кубе советских ядерных ракет, разделились. Часть военных и политических советников президента Кеннеди (в историографии они именуются «ястребами») предлагали немедленно нанести удар по советским ракетным установкам, что неизбежно привело бы к гибели советских военнослужащих и перерастанию конфликта в полномасштабную ядерную войну. Другая группа членов «Экс-кома» («голуби») считала, что кризис можно решить дипломатическими средствами. Д.Детцер предполагает, что члены Президиума ЦК КПСС в дни кризиса также разделились на «голубей» и «ястребов»[35]. Однако источниками этот тезис не подтверждается. Материалы заседаний Президиума ЦК за 22-28 октября 1962 г. позволяют сделать вывод о том, что никто из высших деятелей партии и государства, включая военных, не предлагал предпринять действия, способные привести к эскалации кризиса. Единственное исключение составляет предложение заместителя министра иностранных дел СССР В.В. Кузнецова «противопоставить американскому нажиму в Карибском море давление на Западный Берлин», против чего резко выступил Н.С. Хрущев. Остальные члены и кандидаты в члены Президиума ЦК в дни Карибского конфликта единодушно поддерживали предлагаемые Первым секретарем меры, направленные на смягчение обстановки. Никто из членов высшего политического руководства СССР в дни кризиса не выражал уверенности в «победе социализма» и «гибели империализма» в случае ядерной войны. Возможный ядерный обмен между СССР и США Хрущев в одном из выступлений на заседании Президиума ЦК назвал «трагедией»[36]. Таким образом, в дни Карибского кризиса главной целью высшего руководства СССР было именно мирное разрешение ситуации, предотвращение войны.

Страницы: 1 2


Заключение.
И тогда и теперь, когда прошло более пол века с тех пор, как Ленинград освободился от блокады, людей всего мира поражало и поражает одно: как могли ленинградцы при таких лишениях выдержать беспримерную в истории войн борьбу? В чём была их сила? Ленинград выдержал столь длительную осаду, прежде всего потому, что население, воспитанное н ...

Внешняя политика
Начиная с XX съезда КПСС внешняя политика начала проводиться с учетом новых реалий современности, что привело к некоторому смягчению международной напряженности. По мысли Хрущева, в ходе мирного сосуществования социализм должен был продемонстрировать миру свои преимущества как системы, и движение человечества к социализму станет необрат ...

Кооперативное движение.
Ссуды крестьянского банка не могли полностью удовлетворить спрос крестьянина на денежную массу. Поэтому значительное распространение получила кредитная кооперация, которая прошла в своем движении два этапа. На первом этапе преобладали административные формы регулирования отношений мелкого кредита. Создавая квалифицированные кадры инспек ...