Семьдесят восемь дней Страница 1
23 мая 1918 г., как только стало лучше цесаревичу Алексею, царские дети, наконец, прибыли в Екатеринбург. Царская семья воссоединилась под крышей дома, ставшего их последней тюрьмой. К концу мая с семьёй осталось всего пять человек: лейб-медик Боткин, горничная Демидова, лакей Трупп, повар Харитонов и поварский ученик, сверстник Алексея Романова Леонид Седнев. Только он, Седнев, будет уведён из особняка перед ночью расстрела. Все остальные живыми оттуда уже не выйдут…
На протяжении семидесяти восьми дней толстые, покрытые снаружи белой штукатуркой стены Ипатьевского дома служили приютом для Романовых и тех, кто разделял с ними тяготы заключения под охраной большевиков. История окутала эти трагические одиннадцать недель ореолом слухов и домыслов, сочными красками изображая оргию пьяного варварства и жестокие унижения, которым подвергали пленников Авдеев и его приспешники.
В начале июня жизнь семьи Романовых и всех, находившихся в заключении вместе с ними, текла по монотонному и скучному, хотя и не без сюрпризов, руслу. Романовы обычно просыпались между восемью и девятью часами утра, а затем собирались в гостиной, где читали утренние молитвы и отрывки из Евангелия. Иногда, как вспоминал охранник Ф. Проскуряков, они пели духовные песнопения. Уральский областной совет требовал ежедневной переклички, которую проводил комендант Ипатьевского дома А. Д. Авдеев или, в его отсутствие, его заместитель Мошкин. Лишь после этого узникам предоставлялась возможность заняться своими делами.
Ежедневные прогулки были одним из немногих утешений, которые почти не сопровождались стрессовыми ситуациями. Если цесаревич Алексей оставался во внутренних покоях, пленники спускались на нижний этаж и выходили из Ипатьевского дома в сад по задней лестнице. В те же дни, когда цесаревич чувствовал себя достаточно хорошо для того, чтобы осмелиться побыть на свежем воздухе, царю приходилось нести Алексея самому.
Ипатьевский дом оказался тесен: в восьми комнатах должны были разместиться одиннадцать человек, было почти невозможно уединиться.
Режим, установленный исполкомом Уралоблсовета в «доме особого назначения», был несравненно более строгим и жёстким, чем тот, который существовал в Тобольске. Здесь, в Екатеринбурге, за ним следили не стрелки бывших гвардейских царскосельских полков, а в основном красногвардейцы, набранные в охрану ипатьевского дома из рабочих Сысертского и Злоказовского заводов. Многие из них прошли через царский суд и тюрьмы за деяния, квалифицированные тогда как уголовные преступления.
Итак, охрана представляла собой озлоблённых, грубых, необразованных людей. Некоторые из солдат делали «грубые и отвратительные» замечания в сторону пленников, когда те проходили мимо, но нет оснований сомневаться, что всё это было лишь отдельными инцидентами. Нет ни одного вызывающего доверия свидетельства, подтверждающего, что подобное поведение солдат было в порядке вещей. В дневниках Николая и членов его семьи нет указаний на особые мучительства и унижения, которым арестованные подвергались в строгом заключении. Почти обычные, привычные записи: чтение литературы, игра в любимые безик и триктрак, двухчасовые или часовые прогулки во дворе, посильная физическая работа, регулярное питание, причём, по признанию Николая, пища была даже «отличная и обильная и поспевала вовремя».[14]
|
Рассказы о жестоком обращении Авдеева с пленниками стали неотъемлемой частью истории Романовых. Охранник А. Якимов впоследствии скажет: «Авдеев был пьяница, грубый и неразвитой; душа у него была недобрая».[15] Сами Романовы относились к первому коменданту как к человеку отнюдь не злобному. И это, может быть, является решающим свидетельством в пользу Авдеева, чей привычный портрет нарисован, видимо, не из фактов, а из восьмидесятипятилетней пропаганды. Узнав, что Уральский президиум постановил сменить в июле коменданта, Николай записал в дневнике: «Жаль Авдеева, но он виноват в том, что не удержал своих людей от воровства из сундуков в сарае».[16] И действительно, пленники быстро сообразили, что по вечерам во время попоек Мошкин и некоторые солдаты начали воровать их принадлежности. Когда Романовым нужна была какая-нибудь из их вещей, то в сопровождении солдат они шли через весь двор к сараю, в котором хранились их пожитки. Со временем пленники обнаружили пропажу многих вещей, украденных охранниками. Постоянными спутниками Романовых в Ипатьевском доме стали: неудобства, мелочная раздражительность, неопределённость и скука, а вовсе не умышленное хамство и унижение, о которых так часто стали говорить впоследствии. Случались и неприятности, однако нужно учесть, что истории о последних семидесяти восьми днях жизни Романовых в большинстве своём основаны на случаях, искажениях и даже на сфабрикованных фактах, а вовсе не на непредвзятом освещении событий.
Внутренняя политика Екатерины II
Реформа Сената, целью которой было ограничение его функций в управлении государством. В декабре 1763 года был издан указ, разделивший Сенат на 6 департаментов, два из которых были переведены в Москву. Дробление функций Сената привело к усилению самодержавного правления Екатерины II. Политика "просвещённого абсолютизма" была ха ...
Столыпин и революция сверху.
Очевидно, что оригинальность, приписываемая нами стратегиям тех политических вождей России, которых мы будем обсуждать ниже, не характеризовалась некой абстрактной "новизной", последовательной и законченной. Эти стратегии представляли собой меланж уже высказывавшихся и заимствованных идей и совершенно новых взглядов, переплета ...
Предпосылки развития дипломатических качеств Петра
І. Краткая биография Петра І
Существует мнение, что бурное детство было причиной всех дальнейших резкостей в поведении Петра и вызвало в нем жгучее озлобление против старины, стоявшей помехой на его дороге. Сам Петр иногда с горечью отзывался о своих детских годах.
В 1672 г.30 мая от второго брака царя Алексея Михайловича с Натальей Кирилловной Нарышкиной родился ...